Сегодня: 15.05.2018
Видеогалерея
Фотоогалерея

Кумыки

  • Общая Информация
  • История
  • Общество
  • Культура
  • Фото Галерея
Кумыки – один из крупнейших коренных народов Дагестана. Говорят они на тюркском наречии, хотя антропологически относятся к европеоидам.
Единой точки зрения на происхождение кумыков нет. По мнению одних ученых, они — потомки хазар (одно из племен кумыков до сих пор называется «шезары»). Другие полагают, что кумыки — это переселившиеся на Кавказ тюрки (этноним “кумык” (“подвижный, двигающий”) состоит в очевидной связи с тюркским этнонимом “кимак” – в раннем средневековье этот народ создал могущественный Кимакский каганат). Сами кумыки считают себя татарами по происхождению, хотя в нравах, обычаях, одежде они больше похожи на горцев.
По мнению ученого Клапрота, кумики — потомки хазар, столь известных в средневековых исторических хрониках; одно из племен кумыков до сих пор называется «шезары». По мнению других ученых, кумыки — это татары, давно обосновавшиеся на Кавказе и преобразовавшиеся в могущественное племя, именуемое «кумыки» и «кази-кумыки» (об этих последних мы поговорим позже).
Когда появился знаменитый Тамерлан, кумыки подчинились этому завоевателю, как и племена мам-катов, так рассказывает Шереф-ад-дин, говоря о последнем походе Тамерлана против хана Тохтамыша. Из этого можно сделать вывод, что кумыки, выступавшие на стороне Тамерлана, возможно, были потомками кипчаков или одного из племен Золотой Орды. Птолемей упоминает о народе кама, или камаки, жившем в тех местах, где сейчас расселены кумыки.
Современные кумыки говорят на тюркском наречии, отличающемся от наречия ногайцев; издавна они исповедуют ислам суннитского толка и, хотя в нравах, обычаях, одежде они похожи на горцев, в результате смешения с ними, сами себя они считают татарами по происхождению.
Первые контакты России с властителями кумыков датируются 1614 годом, в архивах упоминается относящееся к этому году свидетельство о верности, отправленное царем Михаилом Федоровичем кумыкскому хану Гирею и его братьям; следующим годом датируется другой документ, содержащий сведения о подчинении кумыков России. Во всяком случае можно предположить, что еще до этого времени некоторые кумыкские племена находились уже в зависимости от России, в частности в 1594 году, когда в [367] царствование Федора Иоанновича близ Койсу был основан город, также как и в 1604 году, когда при Борисе Годунове строились крепости на Сунже, в Эндери и в окрестностях Тарки.
В том же году кумыки восстали и, объединившись с черкесами и лезгинами Дагестана, вынудили доблестного воеводу Бутурлина отступить за Терек и оставить вышеупомянутые крепости. Тем не менее кумыки продолжали поддерживать дружеские отношения с Россией до 1722 года, когда Петр I предпринял поход в Персию; тогда кумыки вновь восстали, они напали на русских, но были разгромлены и наказаны за свое предательство разграблением поселения Эндери, в котором насчитывалось тогда до трех тысяч домов. С этого времени кумыки были верны нашему правительству и все время были спокойны и покорны.
Все кумыки — мусульмане учения Омара (сунниты). Духовенство пользуется у них особым уважением, особенно со стороны народа; оно представлено двумя группами — кадии (их всего трое) и муллы. Кадии получают ежегодно от каждой семьи своего района две меры проса или пшеницы и одну овцу из каждой сотни; мулл содержат кадии. К тем, кто побывал в Мекке, относятся с особым почтением, как и на всем Кавказе, этих людей называют «хаджии», или «паломники».
Kумыки богаты многочисленными стадами рогатого скота, разводимого ради шерсти; стада овец и коз на все лето отправляют в горы. Кумыки держат огромные табуны — по нескольку сотен лошадей в каждом, их лучшая порода называется «чепаловская», она очень ценится на Кавказе. Табуны чепаловских скакунов принадлежат аксаевскому хану Каспулату. Огромное количество лошадей ежегодно продают русским.
Мужчины-кумыки сконны к лени и бездействию; они лишь немного занимаются торговлей, которая, в основном, сосредоточена в руках армян. Их женщины более трудолюбивы и делают превосходные ковры, называемые «бурмет»; полотно, сотканное из однотонного грубообработанного хлопка, и шелковые ткани для собственного употребления.
В Кизляре кумыки продают строевой лес и дрова, а также жерди для виноградников. Они добывают соль из озера Турали, расположенного на территории шамхалов, и меняют ее на просо и пшеницу. Кумыкские ханы поддерживают близкие отношения с чеченцами, кроме того, у них издавна сложились торговые связи с кабардинцами и лезгинскими племенами, живущими в заснеженных горах Северного Кавказа.
Кумыки в целом более цивилизованны, нежели их соседи, и лишь тайком принимают участие в их грабежах.
Наподобие других горских народов кумыки тоже иногда отдают своих сыновей на воспитание иноплеменникам — аталыкам. С 7—8 лет юный ханский отпрыск совершает длительные верховые прогулки со своим опекуном; седло делают таким образом, чтобы ребенок не мог упасть. Целые дни мальчик вместе со своим воспитателем-аталыком проводит в седле, чтобы изловчиться украсть коня или корову; если ему это удается и владелец скота не ловит его сразу, он оставляет животное себе и на следующий день уже может не скрывать свою кражу; если же владельцу удается его поймать, вор должен вернуть животное. Затем он лишь испытывает стыд за свою неловкость.
Обычай, общий для всего Кавказа,— отдавать детей в руки иноплеменников — преследует политическую цель большого значения, поскольку воспитатель-аталык становится затем членом семьи законного отца и эти родственные отношения распространяются не только на представителей того же рода, но и на всех представителей народа, к которому относится аталык, по всему Кавказу, так что среди вражды, царящей между ними, они всегда ищут и находят средства получить поддержку и помощь.
Кумыки никогда не отправляются в военные походы на длительное время, как другие горцы, и не отсутствуют дома больше двух-трех недель. В походе они не соблюдают никакого порядка, но собираются в небольшие группы, каждая из которых следует за своим собственным предводителем. В лагере они также располагаются по своему усмотрению, не удаляясь, однако, слишком далеко от своего хана. Последнего сопровождает стадо овец или несколько голов крупного рогатого скота для пропитания самого хана и его свиты; остальные обязаны иметь — каждый свои — съестные припасы, которые, как правило, представляют собой небольшой мешок с просом или пшеницей, привязанный к седлу. Хотя у кумыков репутация хороших наездников и смелых людей, они все-таки далеко не так отважны, как кабардинцы и чеченцы.
Кумыки сами делают порох и оружие. Кинжалы, изготовленные в селении Эндери, пользуются большим спросом на всем Кавказе; свинец же они покупают у русских.
Обычаи и нравы кумыков в общем сходны с обычаями и нравами других кавказских горцев, но кумыки не смотрят на обычаи, как на неприкосновенную святыню и легко допускают отступления от них. Примирение по кровным делам устраивается довольно просто и легко. Куначества у кумыков почти не существует; влияние родства ограничивается пределами двух-трёх поколений. Традиционные взгляды кавказских горцев на хищничество, как на акт молодечества, не пользуются среди кумыков непоколебимым авторитетом. Они живут в саклях обще-горского типа, но во внутреннем их убранстве господствует полное смешение стилей, начиная от чисто персидского и кончая чисто европейским. Традиционная горская одежда местами вытесняется платьем европейского покроя. В кумыкской песне отражается нравственный облик кумыка — рассудительного и наблюдательного, со строгими понятиями о чести и верности данному слову, отзывчивого к чужому горю, любящего свой край, склонного к созерцанию и философским размышлениям, но умеющего и повеселиться с товарищами. Как народ более культурный, кумыки всегда пользовались большим влиянием на соседние племена.
Литература и театр
В народной памяти кумыков сохранились образцы эпической (героические, исторические и бытовые песни, песни дидактического содержания (йыр’ы), сказки, пословицы, загадки) и лирической (четверостишная песня («сарын») и «яс» (оплакивание, причитание) или «яс-йыр») поэзий.
Одним из зачинателей кумыкской поэзии считается поэт 15-го века Умму Камал, создававший произведения на общеупотребительном языке того времени тюрки, но с сохранением старокумыкской лексики и форм.
В 19 веке такие личности, как народный поэт Йырчы Къазакъ и преподаватель Восточного факультета Санкт-Петербургского Императорского Университета, кадий Кавказского эскадрона конвоя императора Магомед-Афенди Османов, заложили письменные традиции кумыкского языка. В 1883 году Санкт-Петербургским Исператорским Университетом был выпущен сборник “Ногайские и кумыкские тексты”, собранный Османовым.
В дореволюционный период кумыкская литература находилась в связи с крымскотатарской и казанско-татарской литератур, а после революции 1917 года несколько усиливается влияние азербайджанской литературы. В первые годы советской власти кумыкская литература продолжала традиционные темы: раскрепощение человека, духовное пробуждение народа, борьба с невежеством и т. д.
В первые десятилетия 20-го века кумыкская литература претерпевала расцвет. На этот период приходится деятельность таких просвитителей, писателей и поэтов, как Манай Алибеков (инженер-мелиоратор архитектор, этнограф, поэт), Нухай Батырмурзаев («Несчастная Хабибат», «Давуд и Лайла») и его сын Зайнал Батырмурзаев, Абуш Карамурзаев, Коччакай Джамалутдин Ханакаев (поэт), Магомед-Кади Дибиров (кумыкская азбука и «Истории революции в Дагестане») в Аксае; Казияв Али (хранитель старины), Адиль-Герей Измаилов (перелагавший предания в стихотворные строки), Ансар Кадиев (мастер любовной лирики) — в Эндирее; группа в Казанище, включавшая в себя кумыкского первопечатника, поэта и фольклориста Абусуфьяна Акаева и его окружение — фольклорист Билал Алибеков, Нажмутдин Гайдарбеков, близки были к этой группе и жители соседних сёл Шихаммат-Кадий Эрпелинский и Абдулхалим Дженгутаевски; в Темир-Хан-Шуре (тогдашней столице Дагестанского округа) — Темирболат Бейбулатов (поэт, прозаик, деятель театра) и другие; в других селениях — агачкомузист Алипмурза Девлетмурзаев, Магомед Казанбиев («Нюрлю Таварих» («Священная история»), Ачакан Казбеков (перевод басен Крылова) и многие другие.
Тогда же возникли первые газеты на кумыкском языке, редактируемые Абусупиянов Акаевым, Муртаза-Гаджи Пайзулаевым и Магомед-Мирзой Мавраевым.
В 1917 году были созданы «Дагестанское театрально-литературное общество» и журнал «Тангчолпан» («Утренняя звезда»), детища Темирбулата Бейбулатова. Журналу «Тангчолпан» принадлежит выдающаяся роль в истории кумыкской культуры. Его редакторами попеременно были Темирбулат Бейбулатов, Нухай Батырмурзаев и Адиль Шемшединов, Публиковались журнале статьи, новеллы, стихи свои и своих единомышленников, как, например, ученик Евгения Лансере и Арнольда Дирра Халил-Бек Мусаев.
В 1925 году на базе театральной студии при педагогическом техникуме в Темир-Хан-Шуре был создан Кумыкский государственный музыкально-драматический театр имени А.-П. Салаватова.
Зумруд Каитбекова перевела на кумыкский язык пьесу А. П. Чехова «Медведь», она же являлась первой актрисой кумыкского театра. На подмостках этого театра Уллубий Буйнакский пробовал свои силы как актёр.
В 1926 году Темир-Булат Бейбулатов издал «Сборник стихотворений и песен», содержащий материал и для лингвистических изысканий, и для поэтики, и для теории музыки. В конце 20-начале 30-х годов Т. Бейбулатов написал оперы «Танг-Чолпан» и «Шамиль в Ахульго». Он же написал ряд пьес для кумыкского театра.
Художественный перевод играл большую роль в 1920-е годы. Абдулла Алиев перевёл на кумыкский произведения М. Ю. Лермонтова. Будущий первый дагестанский профессиональный историк Абдулла Тамаев в начале 1920-х годов переводит для кумыкского театра пьесы Наримана Нариманова «Шамдамбек», а также «Тайны нашего города», «Хор-Хор», «Два пирога», «В медресе пришёл мулла» и другие.
Универсальным человеком был также поэт, физик-изобретатель, востоковед-арабист, фольклорист Абдурахман Казиев.
Одежда
Мужчины носили тонкие туникообразные рубахи, штаны, черкеску, которая происходит из хазарского и общетюркского стилей покроя кафтанов, бешмет и овчинные шубы, а женщины — платья, кожаные башмаки, галоши и носки, причём одежда украшалась серебряными пряжками, пуговицами, поясом. Платья «полша», состоящее из нижнего платья из тонкого однотонного шелка и верхнего платья из плотной ткани с вышивкой, вышитые платки из тонкой шерсти и шелковые платки — «гульмельды» с характерным рисунком. Современная одежда в основном городского типа.
Комментарии

Наверх